Меню
Назад » » »

Тропою испытаний

«Тропою испытаний» – книга-энциклопедия для романтиков, для влюбленных в свое дело людей. В этот раз путь отважных исследователей лежит к суровым берегам Охотского моря через «черную тайгу» Забайкалья и Якутии, но сила воли, выдержка и помощь старого проводника Улукиткана помогут им преодолеть все тяготы и опасности нелегкого путешествия.

Скачать эту книгу в формате: fb2 и txt

 

Сортировать
Сортировать по:
Содержание

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

В этот раз путь отважных исследователей лежит к суровым берегам Охотского моря через «черную тайгу» Забайкалья и Якутии, но сила воли, выдержка и помощь старого проводника Улукиткана помогут им преодолеть все тяготы и опасности нелегкого путешествия.

Часть первая. Глава первая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Наш путь идет к холодным берегам Охотского моря.
Над Становым.
Шантарские острова — с высоты птичьего полета.
Заглянем в биографию Кучума.


Поезд, монотонно постукивая колесами, уходит все дальше и дальше на восток. Мелькают сибирские села, заснеженные полотна пашен и лугов, березовые рощи. То вдруг из-за глубоких оврагов выползет бугристая степь, исписанная стежками заячьих и козьих следов, то подступит к дороге могучая тайга, убранная гирляндами пушистого снега, и паровоз, разбрасывая клочья дыма, с веселым посвистом пронесется, перекликаясь с голосистым эхом.

Часть первая. Глава вторая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Встреча с проводником.
Нарты уходят в глубь гор.
Улукиткан вспоминает былое.
«У, проклятый, кушай больше не хочешь?».
С наледью не шути! Худое место.


Палатка готова, а проводников все нет. Неожиданно из тайги на косу выскочила белая собачонка. Увидев нас, она в недоуменье остановилась. К ней тотчас бросился Кучум. Ощетинившись, собаки стали обнюхивать друг друга, видимо, пытаясь угадать, кто откуда и куда идет, сытый или голодный, у зверя был или бродячий. Заглядывали друг другу в глаза, определяя силу противника и характер. При таких встречах, несомненно, собаки что-то узнают друг о друге, в случае необходимости затевают драку. У Кучума с белой собачкой, по-видимому, не возникло спорных вопросов, они мирно разошлись.

Часть первая. Глава вторая. Продолжение.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Вернувшись к оленям, наскоро пьем чай, увязываем покрепче груз и трогаемся. Впереди на лыжах идет Улукиткан, ведя на длинном ремне пару лучших оленей, запряженных в порожнюю нарту, затем — нарты с легким грузом, потом и остальные.

— Ую-ю… ую-ю… — беспрерывно слышится крик Улукиткана.
Вся тяжесть прокладки дороги ложится на переднюю пару оленей. Они по брюхо грузнут в снегу, продвигаются прыжками, сбивают друг друга, падают.
Беспрерывно слышится крик людей:
— Стой!.. Стой!..

Часть первая. Глава третья.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Буран в горах.
В лагерь пришли чужие олени.
Поиски неизвестных людей.
Вниз по Кукуру.
Бойка и Кучум вызывают на поединок зверя.
Лесная письменность.


Потребовалось еще шесть суток, чтобы преодолеть последние двадцать пять километров расстояния до перевала.
К концу дня тридцать первого марта совершенно обессилевший караван добрался до одной из разложин реки Купури. На последнем отрезке пути пришлось бросить часть груза и трех оленей.
Наконец-то коварное ущелье осталось позади! Над нами раскинулось голубым шатром небо. Горы расступились и широкой панорамой окружили стоянку. Вокруг стало светло и просторно.

Часть вторая. Глава первая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Весна идет.
Утро на глухарином току.
Танец медведя.
«Карта» Улукиткана.
Снова в путь!


Затейник апрель входит в свои права. Спорят солнце, снег и вьюга. Подспудно звенят ручьи. Лес наполняется таинственным шорохом пробуждающейся природы.
Я проснулся рано. В лагере спокойно: ни суеты, ни говора людского, даже трубы над палатками не дымятся. Это, кажется, первый день за время нашего путешествия, когда не нужно думать о дороге, о наледях, когда усталым глазам не надо всматриваться вперед в поисках прохода.

Часть вторая. Глава вторая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

К верховьях Маи.
Следы любовных игр белок.
Перевал.
Встреча со стадом снежных баранов.
Ночью на крутом спуске.


Идем легко. Встречный ветер выжимает слезу. Одежда вымокла от пота. Александр молча тянет нарту, проминая лыжами снег, прикрывающий лед. Наш путь вместе с рекою вьется меж гор. Начинается подъем. Лямки глубже врезаются в плечи, нарты тяжелеют, укоротились шаги, и километры кажутся бесконечно длинными. Но на душе радостно, как это бывает всегда в первый день путешествия, когда влечет вперед неизвестное, а запас сил еще не тронут.

Часть вторая. Глава третья.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Наконец-то нашему взору открылся Джугджур!
Старинное стойбище эвенков.
В глубь Станового.
Бесславный конец круторога.
Ночь под скалой.


На следующий день с семи часов утра мы уже тащили нарты к перевалу. Погода продолжает благоприятствовать нашему путешествию. Вчерашняя лыжня настыла хорошо, и полозья по ней скользят, как по льду. Только плечам неловко от лямок, но шагается легко, и на душе снова бодро и радостно от свежего утра и ожидания новых впечатлений и встреч.

Часть вторая. Глава четвертая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

В обратный путь.
Откуда взялась Бойка?
С Улукитканом по следам сокжоев.
Ночь под елью.
Лесная загадка.


Никто из нас еще не успел повернуться на другой бок, как пролетела ночь. Тихое утро слабо сочилось сквозь стены палатки.
— Гляньте-ка, братцы, снегу-то навалило сколько! — сказал Василий Николаевич, расстегивая вход. — Пожалуй, не выбраться нам отсюда с нартами.
— Считай, без малого сутки идет, должен бы кончиться, — отозвался Александр.

Часть третья. Глава первая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Мы покидаем Маю.
Лагерь у трех елей.
Эвенкийская сказка.
Ночь в старой гари.
«Одинокая, бродит гармонь».


С каждым днем все сильнее пригревает солнце. Но по ночам мороз сковывает коркой снег, глушит разбушевавшиеся ключи, обжигает холодом набухшие почки осин.
Вблизи лагеря олени выбили корм; их потянуло к открытым отрогам и свежему мягкому ягелю. Трудно стало каюрам разыскивать непокорных животных и пригонять их на стоянку.
— Мы тут много наследили, пора погасить очаг и кочевать на новое место, — сказал Улукиткан, грустным взглядом окинув стоянку. — Плохо долго задерживаться у одного костра: глаза устают смотреть на одно и то же, уши глохнут. Олень и тот не хочет оставаться на старой копанине. Уходить надо. В быстрой воде муть не держится.

Часть третья. Глава вторая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Побежденная вершина.
Воет, злится пурга над Джугджуром.
След геодезистов на пике.


В подразделении Кирилла Родионовича Лебедева семь человек, включая его и Пресникова, Большинство его спутников — молодые парни гвардейского сложения, впервые попавшие так далеко в тайгу. Познакомились они друг с другом только в экспедиции, но за короткое время уже успели крепко сдружиться. Этому, конечно, немало способствовал сам Кирилл Родионович, человек волевой и общительный, умеющий сколотить дружный коллектив и подчинить его общей цели.

Часть третья. Глава третья.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Куда исчезли Бойка и Кучум?
Загадочная падь.
Медведица с малышами.
Роковая встреча.
Борьба медведей.


Мы вылезли из палаток. Высоко шумел ветер, сгоняя тучи к горизонту.
— А где, Василий, собаки? Что-то их не видно, — спросил я у Мищенко.
Тот окинул быстрым взглядом стоянку, прислушался.
— Нету, куда-то удрали. Может, бараны где близко прошли, больше некому шататься в такую погоду, — ответил он.
— За баранами ушли — скоро вернутся, те не задержат, а вот ежели с другим зверем связались, тогда сегодня не жди, — говорит Лебедев.
— Пока обед варится, пробегу следом, чем черт не шутит, может, действительно держат, — засобирался Мищенко.
— Побеги, мясо нужно, продуктов не ахти сколько осталось, а работы еще много, — посоветовал Лебедев.

Часть третья. Глава четвертая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Мы покидаем гольцы.
Волчий лай.
У нас радость — родилась Майка!


Дни стоят теплые. В воздухе разлита весенняя прохлада. Величава и спокойна тайга, но это только кажущееся спокойствие: внутри каждого дерева, каждого кустика идет огромная работа. День и ночь корни всеми своими мочками сосут влагу из земли, обильно напоенной недавно стаявшим снегом. Уже распушились белоснежные барашки на тальниках, пожелтели сережки на ольхах, хотя корни лежат еще под снегом. На крошечных лужайках пока нет зелени, цветов, но и тут идет неутомимая деятельность. Хорошо в эти майские дни в тайге!

Часть четвертая. Глава первая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Бой орланов.
Стойбище пастухов.
Древняя старушка.
Беспокойная ночь.
Улукиткан холостит оленей.


Наши планы были неожиданно разрушены. На второй день после того, как мы распрощались с Лебедевым, за мною на Маю прилетел вертолет. Я должен был вернуться в штаб по неотложным делам. Но поскольку поиски перевала оставались за нами, мои спутники ушли на Зею. Улукиткан повел отряд тайными проходами, известными только ему.
Итак, не сбылась моя мечта пройти вдоль южного склона Станового от верховьев Маи до истоков Зеи, по диким и неисследованным отрогам.
Двадцать второго мая мы снова вместе. Наш караван пробирается вверх по широкой Зейской долине. В поисках прохода он то исчезает под сводом могучей береговой тайги, то бьется с топями.

Часть четвертая. Глава вторая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Брошенный олень.
«Задержись я чуток — и поминали бы Василия!»
Наш путь идет к Становому.
Неожиданный гость.
Пожар в тайге.
Осикта уходит на охоту.


Солнце в полном накале. С низовий Зейской долины бегут неровные волны горячего, душного воздуха. По выцветшему сиреневому небу плывут на запад дозоры туч. За ними по лесу ползут их бесконтурные тени. В тайге пусто и дико.
Мы снова во власти кровопийц-паутов. Животные, груженные вьюками, не в силах отбиваться, тянутся на поводках, безнадежно понурив головы. Да и нам приходится беспрерывно отмахиваться руками.

Часть четвертая. Глава третья.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

В поисках прохода.
Первая попытка подняться на седло.
Мы на вершине.
Откуда ты, зайка?
Встреча с медведем.
Вспомнить! Вот что сейчас для Улукиткана главное. Тогда и задача будет решена.


Наш лагерь все еще вблизи слияния истоков Зеи. Один из них течет с запада по более или менее доступной ложбине с галечным дном. Второй пробивается с востока навстречу первому, образуя глубокое и дикое ущелье, над которым с двух сторон нависают исполинские скалы чудовищных форм. Улукиткан предлагает подняться на скалистую и очень высокую вершину левобережного отрога этого ущелья, которую мы видели еще издалека.

Часть четвертая. Глава четвертая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Тайна старой ели.
Проводник узнает местность.
Улукиткан покидает наш табор.
На подъеме к перевалу.
Снова у нас радость!
Неприятная радиограмма.


Мы с Улукитканом уходим первыми. Он — налегке, но с берданой. У меня за плечами карабин и рюкзак с лепешками, котелком, кружками.
День начинается погожим утром. С неба льется благодать — золотая, горячая. Пробудились птицы, букашки, на перекатах веселее зазвенел хрусталь реки.

Часть пятая. Глава первая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Тайна старых пней.
Незрячий ведет зрячего.
Шумит, беснуется Купуринский перекат.


В начале июня, после нескольких дней пути, мы вышли к Мае. Тут весна в полном разгаре. Зеленеет скупая земля. Распушились березы. В тайге не смолкают птичьи голоса.
Караван остановился на ночь до захода солнца. Завтра наш отряд разделится.
Мы с Улукитканом решили проникнуть к истокам Большого Чайдаха, перевалить Джугдырский хребет и по пути проинспектировать полевые отряды. Затем по рекам Лючи, Зея пробраться к устью Джегормы, где стоит лагерем наше геодезическое подразделение.

Часть пятая. Глава первая. Продолжение.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Костер разгорается медленно. По синему весеннему небу плывет раскаленное солнце. Где-то высоко над волнистой стайкой мелких облачков с еле слышным криком несутся к северу журавли. Сюда, в долину, уже прилетело множество молодых птиц. Все они сразу же стали вить или ремонтировать свои гнезда, будто понимая, что в их распоряжении слишком короткое лето и что нужно торопиться.

Часть пятая. Глава вторая.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Человек в капкане.
Мы обманули злого духа.
Караван спускается к Джегорме.
Не ходи напрямик по незнакомой тайге.
Над Джегормою солнце!


Утром Улукиткану стало легче, и все-таки слабость еще не покидает его. Морщинистый, худой, весь в синяках, с потухшими глазами, он горбит спину над чашкой брусничного чая и медленно жует лепешку, откусывая от нее крошечные дольки. Я смотрю на него, жду, что вот-вот он сейчас поднимет усталую голову и начнет упрекать меня за вчерашний день, за неосторожность, за голод, за боли в спине, в ногах. Но старик молчит, и от этого мне еще тяжелее.

Часть пятая. Глава вторая. Продолжение.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Погода изменилась. За серебристыми кронами лиственниц, за темно-лиловыми тучами вспыхивали зарницы — вестники непогоды. С гор стекал сухой, теплый воздух, мешавшийся с запахом мхов.
Я не нашел одного оленя — видимо, он заболел и завалился в кочках. Решили идти без него, голод торопил нас. Пришлось бросить две потки с личными вещами. Теперь с нами остались только четыре оленя, измученные, худые от коротких кормежек, да Майка — наша радость и надежда.
У моего проводника настроение мрачное.
— Место худое впереди, — говорит он. — Как без солнца поведешь караван, блудить бы не стал, — и принялся объяснять: — След поведешь вниз по распадку. Топкая марь попадется — обойдешь ее и километра через два свернешь к ложку, на перевал в соседний ключ, там думать будем, куда идти.

Часть пятая. Глава третья.

Федосеев Григорий | Тропою испытаний

Снова среди друзей.
Какая радость — с нами Майка!
Неужели Улукиткан будет зрячим?
Наш караван ведет Лиханов.
Снова вместе.


Сладостные минуты бывают в жизни исследователя!
Представьте себе человека с котомкой за плечами, пробирающегося по горам или захламленной тайге. Его немилосердно поливает дождь, холодный ветер пронизывает тело, ноги с трудом передвигаются, но ему нужно идти, идти, идти — этого требуют обстоятельства… И вот наконец-то после длительного пути он, едва не падая от усталости и голода, добирается до приюта. Собрав остатки сил, человек разжигает костер, высушивает одежду, пьет горячий чай.

Ходили с нами в поход или на прогулку?

Поделитесь мнением о нашей работе с остальным миром.
Просто нажмите на кнопку и заполните форму